— Полит был арестован на три года, следовательно, он вышел из тюрьмы по просьбе Тимолеона, — сказала одна из них. — Вероятно, он нужен был ему. Он знает, где Антуанетта, пойдем за ним.

Полит, придя наверх, хотел отворить дверь своей квартиры, но ключ был им потерян, и он, недолго думая, начал отворять кинжалом. Дверь поддалась.

Полит был пьян, но при виде двух женщин, так неожиданно вошедших к нему, протрезвел.

Мартон схватила Полита за горло и повалила его на пол, связала его и, подняв над ним кинжал, сказала:

— Если ты не скажешь нам все, что знаешь, я убью тебя!

Он рассказал им все.

— Теперь, — сказала Ванда, — ты останешься с ним, а я пойду убедиться в истине его слов.

Минут через двадцать женщина в костюме гризетки и с корзиной, полной белья, проходила по Бельфедонской улице. Подходя к дому, который был ей нужен, она заметила на воротах билет, который гласил: «Здесь сдается номер».

— Сколько за номер? — спросила мнимая прачка у привратницы.

— 80 франков, душенька.

— Это дорого, извините.

Прачка успела заглянуть во двор и увидела в глубине его флигель.

Ванда напала на след Антуанетты.

— Слушайте, ваша комната с отоплением?

— Да, там есть печка.

— Так пойдемте посмотрим.

— Я не могу отойти отсюда, а если хотите, так ступайте сами. Ключ там в дверях.

Ванда пошла. На дороге она встретилась с одним молодым человеком, с которым разговорилась и узнала, что в глубине дома во флигеле живет старый англичанин, какая-то безобразная женщина и какой-то человек, который вечно пьян, — нечего было сомневаться, что старый англичанин — Тимолеон, безобразная женщина — Мадлена Шивот, а пьяный человек — Полит.

Ванда вышла обратно, сказав привратнице, что номер ей мал.

Мартон все еще стерегла Полита, а так как он был пьян, то и заснул.