Жительница города, проходившая мимо, высказалась в том духе, что, мол, как не стыдно, подумала, наверное, что Мелентьев собирается мочиться у забора или уже помочился, но он вовсе не собирался мочиться, а просто хотел потщательнее заправить рубаху, и заправил. И заодно, раз уж так получилось и чтобы соответствовать ожиданиям проходящей мимо жительницы, помочился. И вошел в Дом-музей.

За столом — бабулька.

— Вы на экскурсию?

К бабулькиной одежде в области груди была приколота маленькая табличка (такие иногда называют «бэйджик»). На табличке написано Катя. Казалось, более естественно и уместно смотрелось бы Екатерина, например, Игоревна или может быть Федоровна, или Екатерина с какой-нибудь фамилией, или хоть Баба (бабушка?) Катя, но — Катя. Просто. Хотя так бывает, в некоторых странах, скажем, в Сербии, людей иногда так называют — Саша, например, и человека так и зовут — Саша Обрадович, и в Армении тоже так бывает — Миша Аветисян, так что вполне возможно это просто полное имя такое — Катя, да и отчество не всегда бывает у человека, не у всех народов принято отчество, и без фамилии иногда обходятся некоторые, и вовсе необязательно она бабушка, может быть, внуков-то у нее и нет, и какая же она тогда бабушка, просто бабулька, а ведь такое не напишешь на бэйджике.

— Да.

— Билетик, пожалуйста, пять рублей. Вы не студент? Может быть, инвалид или ветеран сражений? Для таких категорий у нас скидки, льготы, и билет обойдется вам всего в четыре рубля. А может быть, вы сотрудник правоохранительных органов, тогда мы вам бесплатно экскурсию проведем, для сотрудников правоохранительных органов у нас бесплатно, они любят к нам ходить.

На деревянной лестнице, ведущей на второй этаж, появилась еще одна женщина, помоложе бабульки, со следами культурной восторженности на лице. На ее бэйджике было написано Нелли Петровна.

— Нет.