На небольшом, кремового цвета личике выделялся своими размерами костистый нос — ни дать ни взять клюв ястреба-перепелятника. Кончик этого изогнутого клюва подобием клещей сходился с выпуклым бритым подбородком, почти полностью скрывая из виду крохотный рот. Время от времени это стянутое отверстие судорожно приоткрывалось и делало мимолетный выдох, орошая брызгами галстук, потом захлопывалось, как пасть черепахи. Ноги этого странного создания, в шелковых чулках одного цвета с камзолом, были вытянуты в разные стороны, а голова так низко склонялась вперед, что оставалось гадать, как долго на ней продержится парик.

Наблюдая это существо, я почувствовал беспокойство, словно встретил на веселом празднике призрачного посланца далеких недобрых сфер. Я перехватил тревожные взгляды одного или двух гостей — они тоже как будто проницали некую трагическую тайну, вторгшуюся в этот сверкающий огнями зал; но я не был уверен, что правильно истолковал выражение их лиц, поскольку они тут же отворачивались.

Вскоре я забыл о странном старике и стал прислушиваться к беседе двух своих соседок, которые прятали лица за складными японскими веерами. Они обсуждали нашего хозяина — я его еще не видел.

— Его светлость давно живет на Сент-Джеймской площади? — спросила одна из них, приведя в правильное положение несколько апельсинов и бананов, венчавших ее лоб.

— Да, дорогая, — отозвалась ее приятельница (прическу последней украшала миниатюрная ветряная мельница, подвижные крылья которой сверкали драгоценностями). Томный голос этой дамы выдавал привычку повествовать о всевозможных бытовых мелочах. — Всю жизнь. Дом арендовал еще его отец. — Она помолчала. — Вы его, конечно, помните?

— Да, растяпа-торговец, если не ошибаюсь? Говорили, он потерял состояние в Компании Южных морей.

— Добро бы только состояние.

— Да что вы?

— А вы не слышали? О его жене, леди У***? — Чуть погодя она добавила свистящим шепотом: — Скандал первостатейный!