И как это с ним часто случалось в последнее время, внезапно увидел себя как бы со стороны. Но ничего не испытал, кроме разочарования. Полнеющий, лысоватый, далеко не молодой, но выглядевший ещё старше своих лет, с морщинистым лицом и набрякшими мешками под глазами. Вдобавок дырка во рту вместо двух передних зубов, вставить которые он так и не удосужился - не было ни денег, ни времени. Да таким он вовсе не мог себе нравиться. Однако мысль о том, что в беседке сидит не просто неудачник, мучимый бездельем, а хозяин своей и чужой жизни, мститель, как он называл себя, коренным образом меняла дело. Мститель! Как беспощадно, как грозно звучит! И как таинственно! Ему очень нравилось это слово. Воспаленное воображение рисовало ему смелого, отчаянного человека, отважившегося на убийство. И, стряхнув с себя дремоту, он вновь почувствовал прилив энергии: теперь он сможет все.

Темнело. Одна за другой к гаражам подъезжали автомашины разных марок, по которым можно было судить о материальном достатке и амбициях их владельцев. Но он ждал "Жигули" вишневого цвета с двумя двойками в конце номера. И дождался. Машина въехала в арку и, лавируя в узком проезде между серовато-зеленой стеной давно не ремонтировавшегося старого дома и ощерившимся железными пиками ограды зданием детского сада, начала медленно двигаться в сторону сгрудившихся в дальнем конце двора гаражей.

Затаившийся в беседке мужчина напряженно приподнялся с жалобно заскрипевшей скамейки: "Он или не он?"

Внезапно наступившая темнота не позволяла издали рассмотреть номер "Жигулей". И лишь фонарь метрах в двадцати от гаражей, добросовестно освещающий узкую часть неровно заасфальтированной дороги, давал ему шанс в считанные мгновения убедиться, что приехал именно тот, кого он ждал уже несколько часов. За это время настроение его резко менялось: он то страстно желал скорейшего появления ненавистного ему врага, то так же страстно надеялся, что все обойдется и потенциальная жертва уедет куда-нибудь за город или к любовнице на ночь и сюда не вернется. Но после томительного сидения в засаде, увидев схожую по цвету и модели автомашину, он обрадовался. Подогревая себя воспоминанием о нанесенной обиде, он почувствовал, как в душе с новой силой вспыхнула лютая, жгучая ненависть, и в предвкушении акта возмездия впился взглядом в хорошо просматриваемое возле фонаря пространство.