— Ваши слова возвращают мне жизнь! Благодарю Тебя, Господь, за эту милость!

— Пойдемте, донья Инес, нельзя больше медлить. Наденьте эту теплую рясу, и вы тоже оденьтесь, сеньора.

— Куда вы ведете нас? — спросила Амаранта.

— Доверьтесь мне, — просил Антонио, — иначе все потеряно. Идемте скорей!

— Мы готовы, — отвечала Инес, надевая рясу. Амаранта тоже последовала ее примеру.

— Следуйте за мной, только не говорите ни слова, не выдавайте себя ни единым звуком. Монастырь полон карлистов, а у ворот стоят их часовые.

— Святая Мадонна! Как же мы пройдем, они нас узнают!

— Мы пойдем другой дорогой.

— И Мануэль идет с нами?

— Нет, донья Инес, генерал остается здесь.

— Здесь? Если так, то я хочу разделить его участь!

— Да, он остается, но уверяю вас, ему не грозит ни-* какая опасность, он не попадет в руки врагов. Но если вас найдут здесь, гибель его неминуема!

— Патер прав, — шепнула ей на ухо Амаранта, — доверься ему.

— О Господи! Какая страшная ночь! — в отчаянии воскликнула Инес, и эти ее слова болью отозвались в сердце Антонио, который видел, как она страдала.

— Пойдемте, прошу вас, донья Инес! А то будет слишком поздно. Я должен увести вас отсюда.

— Пусть будет так, да благословит вас Господь! — отвечала графиня, взяв Амаранту за руку и направляясь с нею за патером, который пошел вперед. Убедившись, что снаружи все спокойно, Антонио быстро провел их обеих в сад. Там было совершенно пусто.

— Доверьтесь мне! Мы можем идти только одной дорогой, — шепотом сказал Антонио, — через подземелье, которое выведет из монастыря в поле.

— Да благословит и защитит тебя Господь, мой Мануэль! — произнесла Инес, еще раз оглянувшись на монастырь.

— Мы с вами, патер Антонио, — подтвердила Амаранта.

Инес стояла неподвижно, продолжая глядеть на темные здания монастыря.