«Донская Либерия» и «Смутная пора» не случайно объединены под одной обложкой. Их многое роднит. Обе они связаны единством времени, отражают определенный период в истории Российского государства начала XVIII столетия, «когда Россия молодая мужала с гением Петра» и одновременно испытывала потрясения из-за крестьянских волнений, войн со шведами, изменнической политики гетмана Мазепы. Обе книги объединены единством авторского замысла и в какой-то мере дополняют друг друга.
Н. ЗАДОНСКАЯ,
секретарь Комиссии по литературному наследию писателя Н. А. Задонского,
журналист.
Внучке Леночке эту правдивую и печальную повесть о донской либерии и ее вожде посвящает автор.
На вершинах было, братцы, на Булавинских,
Собирались, соезжались там, братцы,
Люди вольные, беспачпортные…
ВСТУПЛЕНИЕ
Я познакомился с ним давно, еще в детские годы… Это был красивый чернобровый казак средних лет, горячий, смелый, самолюбивый, упрямый. Ходил он всегда в богатых бархатных казацких кафтанах, мягких сафьяновых сапогах, с небрежно засунутыми за кушак пистолями и запорожской саблей, а в левом ухе поблескивала большая золоченая серьга. Таким выглядел Кондратий Булавин в рассказах донских старожилов и моих родных, считавших себя потомками булавинцев, выселенных после бунта в верховье Дона.
Рассказывали мне о том, что был Булавин в азовских походах и будто царь Петр чем-то обидел гордого атамана, и вскоре поднял он на царя и бояр «всех казаков и черный люд», долго и успешно воевал за вольность, а затем, преданный своим другом, застрелился.