Торговка.

Да, да, в ничто его!

Учитель.

Да, да, в ничто его!

Пекарь.

Да, да, в ничто его!

Ведущий.

И воззрились они на крестьянина,

Восславившего вишневое дерево.

Что ты скажешь, крестьянин?

Молчание.

Крестьянин.

Восемьдесят тысяч за одно вишневое дерево!

Да, да, в ничто его!

Судья.

Да, да, в ничто его! Потому что

При насильях и завоеваньях

Растет лишь одно царство:

Царство теней.

Присяжные.

И уже переполнен

Наш серый подземный мир

Недожитыми жизнями. А здесь ведь

Нет плугов для крепких рук и нет здесь

Голодных ртов, которых так много

У вас наверху! Что, кроме праха,

Можем насыпать мы

На восемьдесят тысяч забитых на бойне. А вам

Наверху нужны дома! Доколе

Мы будем с вами встречаться

На наших в никуда ведущих путях

И слышать ваши трепетные вопросы:

Как выглядит вечности лето, и осень,

И зима?

Ведущий.

И задвигались и закричали

Легионеры на фризе:

Легионеры.

Да, да, в ничто его!

Какая провинция возместит нам

Наши непрожитые годы?

Ведущий.

И задвигались н закричали

Рабы, несущие фриз:

Рабы.

Да, да, в ничто его!

Долго ли будут еще возвышаться

Он и ему подобные

Нелюди над людьми

И приказывать, подымая

Свои праздные руки,

И бросать в кровавые войны

Народы друг против друга?

Долго ли

Будем терпеть их мы и все наши?

Все.

Да, да, в ничто его! И в ничто

Всех подобных ему!

Ведущий.

И с высоких престолов встают

Защитники грядущих поколений,

У которых много рук, чтобы брать,

У которых много ртов, чтобы есть,