«У меня в голове одни глупости», — рассерженно подумал мальчик.

— Ты чего? — подал голос отец.

— Ничего! — дернулся мальчик.

— Как же… ничего! — Отец пожал плечами. — Хотел бы я знать, слушаешь ли ты меня вообще?

— Конечно, слушаю, — усердно поддакнул сын.

— А в ответ даже «му» не скажешь!

— Так я говорю… говорю, что в наших краях историй и впрямь очень много, навалом…

— Конечно, — кивнул довольный отец. — У каждого дома — своя. Когда я кошу на Травне и гляжу сверху на долину, у меня картины перед глазами так и оживают. И сколько здесь всякого случалось! Сколько случается!.. Вот только нет человека, который бы все это описал, — покачал он головой и умолк.

Они молча шагали дальше. Мальчик вспомнил, что от Самотяжника до следующей деревни не будет ни одного дома. И испугался, что теперь отец пристанет к нему. Он размышлял, о чем бы спросить отца, чтобы тот пустился в новые рассказы. Однако отец опередил его. Возле развалин мельницы, когда-то принадлежавшей Пустотару, он оглянулся и спросил:

— Тебе не холодно? Идти не трудно?

— Нет! — поспешил ответить мальчик.

— А чего же ты спотыкаешься? Или заботы такие тяжкие? Не бойся, все обойдется!

Мальчик искал ответа, но прежде, чем он его нашел, на другой стороне реки залаял пес. Отец остановился и с любопытством спросил:

— Кто это лает? — Приставил руку к уху и прислушался. — Султан, — сказал он и пошел дальше.

— Откуда ты знаешь? — спросил мальчик. — Ведь на той стороне много собак.

— Откуда? — удивился отец. — Конечно, по голосу. У каждого человека свой голос. У животного тоже. И не только у животного.