— Вижу, — сдержанно сказал фермер. — Теперь, когда я узнал, что вы сын моего доброго знакомого, мы без труда договоримся о продаже

— Я готов хоть сейчас, сэр…

— Вы уехали на Восток сразу после смерти отца?

— Да, сэр.

— Много воды утекло с тех пор… Многое изменилось… И только суть Запада остается неизменной… Деньги здесь не всегда берутся в расчет. Мужество и честь — вот что ценится превыше всего в экономике Запада. А так как риск присутствует повсеместно, то за него, собственно, и платят. Поэтому тот, кто нанимает парней на работу, должен знать, обладают ли они мужеством и честью.

— А что вы скажете, если я не выйду на поединок?

— Ваше право. Однако Борден Чантри принял этот кодекс и руководствовался им.

— Не забывайте, что это его и погубило.

— Никто не застрахован от случайностей.

С трудом сдерживая волнение, Чантри сказал:

— Я в цивилизованной стране и не хочу подвергать опасности ни свою, ни чужую жизнь. Нет, я сейчас же пойду к Дачу Акину и извинюсь.

— Ступайте. Только после этого он будет презирать вас еще больше.

— Пускай! Но я должен положить конец этой ссоре. Она и так зашла слишком далеко.

Оставаясь невозмутимым, Спарроу вынул изо рта сигару, лениво стряхнул пепел.

— Нет, мистер Чантри, это невозможно. Все только начинается. Теперь каждый узнает, что вы не пользуетесь револьвером, и все кому не лень будут безнаказанно грабить и оскорблять вас. Найдется много таких, кто захочет посмотреть, долго ли вы протянете с такими принципами… Вот если вы примете наш мир всерьез, поймете его, а не полезете слепо в драку, даю слово, неудач у вас станет гораздо меньше.

На том они и расстались.

Ночью Чантри покинул город. Поминутно оглядываясь назад, он то ускорял, то замедлял бег коня.

Над прерией нависало звездное небо. На севере величественно вырисовывались горы, переходящие к подножию в разломы. Постепенно приближался рассвет…