П о л я. В половине пятого. (Бросает дрова.)

М а ш а. Тише! С ума сошла!

Л а у т с к а я. Я не понимаю такой жизни.

М а ш а. Мама!

Л а у т с к а я. Ну, не буду. Кормили его?

П о л я. Кормили.

Л а у т с к а я. Конечно, меня не касается. Твой муж, а не мой. Но все-таки... Постоянно на стороне какие-то пассии.

М а ш а. Мама!

Л а у т с к а я. Он всюду с ними появляется. Афиширует. Совершенно не считается с общественным мнением. А ты думаешь, у нас нет общественного мнения? Есть, милая, еще какое! На вас люди пальцем показывают.

М а ш а. Прекратим этот разговор, я прошу тебя. Ты видишь, у меня болит голова.

Л а у т с к а я. Какая же это семья! И с каждым годом все хуже, и хуже, и хуже.

М а ш а. Перестань!

Л а у т с к а я. Перестала, перестала! Опять его вчера видели с новой. На катке.

М а ш а. Ну и очень хорошо! Пусть катается. Что же тут ужасного?

Л а у т с к а я. Я разве что-нибудь говорю? Пусть катается! Только не до пяти часов утра.

М а ш а. Зачем ты мне все это говоришь?

Л а у т с к а я. А кто ж тебе скажет, если не мать?

М а ш а. Я не слушаю.

Л а у т с к а я. Распустила человека и уши затыкаешь.

М а ш а. Молчи, я тебя прошу. Можно подумать, что не интеллигентная женщина, а какая-то старая купчиха. В каком веке мы живем? На цепи его держать, что ли? Ты меня просто удивляешь. Его надо понимать. Надо уважать его взгляды на жизнь, на семью.

Л а у т с к а я. Уж он, кажется, и тебя убедил.

М а ш а. Он человек легкий, живой, свободный, счастливый, новый.

Л а у т с к а я. Словом, не муж, а жилец.

М а ш а. Все равно. Я его люблю. И не вмешивайся.

Л а у т с к а я. А ты думаешь, я его не люблю? Если бы не любила вас обоих, очень бы мне нужно было стараться! Нет, ты только подумай: ну что я принесла? Ведь это курам на смех! Две морковки, кусочек капусты...

Звонок.

Что там такое?