— Понимаете, я оставил свой чемодан. Это моя промашка, — признался Брукшир.

— Что, в отеле? — спросил Калл.

— Да, в вестибюле, — ответил Брукшир, глядя в землю. Он чувствовал, что было бы неразумно опять смотреть через улицу. Ведь именно в такие моменты ему начинало казаться, что его уносит.

— Что ж, поезд только что пришел и, думаю, никуда не денется, пока вы сходите за своим чемоданом, — произнес Калл. — У вас вполне достаточно времени для этого.

Затем, взглянув на Брукшира еще раз, он понял, что на его попутчика нашел столбняк. Тот стоял в оцепенении, уставившись себе под ноги. Было похоже, что он не в состоянии сдвинуться с места. Пройти сотню ярдов до отеля явно было выше его сил.

— Я не могу сходить за ним, — пробормотал Брукшир. — Я не могу. Мне бы только сесть на поезд. — Он помолчал, все так же упорно глядя себе под ноги. — Ох как мне надо сесть на поезд, — снова повторил он.

Не став больше медлить, Калл опустил седло со скаткой на землю и взял Брукшира за руку: ведь тот готов был впасть в панику, а когда человек в таком состоянии, разговоры помогали редко.

— Пойдемте, я отведу вас в вагон, — предложил Калл, крепко держа Брукшира за запястье. Тот сделал нерешительный шажок, затем еще один. Вскоре Калл усадил его на место. Брукшир стал судорожно хватать ртом воздух и исходить потом. Но паника, по крайнее мере, миновала, заключил Калл.

— Сидите здесь и устраивайтесь, — велел он. — Я схожу в отель и принесу чемодан.

— Благодарствую, — только и смог вымолвить Брукшир, испытывая непреодолимое желание забраться под сиденье и осознавая при этом всю нелепость этого желания. Как бы там ни было, говорил он себе, у вагона есть стены, и они не дадут ветру унести его.

Через несколько минут с чемоданом, седлом и скаткой в руках появился капитал Калл и как ни в чем не бывало сел напротив. Но Брукшир понимал, что произошло нечто ужасно неловкое. Он был смущен и одновременно благодарен капитану: ведь тот не только привел его в вагон, но и не поленился принести его чемодан, и сделал все это деликатно. Калл не стал спрашивать, почему Брукшир не может пройти сотню ярдов и принести свой багаж — он просто принял это как должное и без лишнего шума посадил его на поезд.