- О, вы жертвуете собой из жалости!
- Я люблю вас. Время истекает, мадемуазель.
- Вы раскаетесь и возненавидите меня.
- Я буду жить ради вашего счастья и чтобы стать достойным вас.
Ее изящная ручка скользнула из-под плаща и очутилась в его руке.
- Вручаю вам свою судьбу, - прошептала она, - и, быть может... любовь придет скорей, чем вы думаете. Скажите ему. Когда я вырвусь из-под власти его взгляда, я, может быть, сумею забыть все это.
Давид подошел к маркизу. Черная фигура пошевелилась, и насмешливые глаза взглянули на большие стенные часы.
- Осталось две минуты. Пастуху понадобилось восемь минут, чтобы решиться на брак с красавицей и богачкой! Ну что же, пастух, согласен ты стать мужем этой девицы?
- Мадемуазель, - отвечал Давид, гордо выпрямившись, оказала мне честь, согласившись стать моей женой.
- Отлично сказано! - гаркнул маркиз. - У вас, господин пастух, есть задатки вельможи. В конце концов мадемуазель могла вытянуть и худший жребий, ну а теперь покончим с этим делом поскорей, - как только позволит церковь и дьявол!
Он громко стукнул по столу эфесом шпаги. Вошел, дрожа всем телом, хозяин таверны; он притащил еще свечей, в надежде, что угадал каприз сеньора.
- Священника! - сказал маркиз. - И живо! Понял?
Чтоб через десять минут священник был тут, не то... Хозяин таверны бросил свечи и убежал. Пришел священник, заспанный и взлохмаченный. Он сочетал Давида Миньо и Люси де Варенн узами брака, сунул в карман золотой, брошенный ему маркизом, и снова исчез во мраке ночи.