— Сегодня, похоже, мой день, — сказал Макс. — Сначала за игровым столом повезло, потом вот тебя встретил. Что ж, и дальше так пойдет?

Она взглянула на него, взмахнула накладными ресницами и пропела:

— То ли еще будет, дружок, то ли еще будет!

Он хохотнул. Лифт остановился, они вышли и направились к его номеру по длинному коридору. Дошли. Он завозился с ключом-карточкой, но все-таки открыл и жестом пригласил войти. Гостиная цвета морской волны, по стенам картины — а на них резвятся полуобнаженные островитянки. Кофейный столик — просто кусок стекла, приделанный к спине деревянного резного слона, — рядом пара плетеных кресел. Лили не спеша пересекла гостиную и заглянула в спальню. Там стояла огромная кровать, накрытая покрывалом с рисунком из пальмовых листьев. Спинка кровати из тикового дерева, на вертикальных рейках вырезаны всякие лягушки и ящерки. Идеально.

— Красивый у тебя номер. И кровать большая.

— Как раз для двоих.

Лили взглянула на него из-под длинных ресниц:

— Может, проверим?

— Я только «за», — отозвался Макс. — Вот только зайду в туалет. А то знаешь, после всех этих напитков мне явно пора отлить.

Лили сделала вид, что хихикнула, затем спокойно прошла в спальню.

— Я тебя здесь подожду.

Она была уверена, что этот Макс Вернон не заставит себя долго ждать. Уж очень ему хочется узнать, что же будет дальше. Нажрался, скотина, и готов переспать с первой встречной. Ни имени не спросил, ничего. Она сняла свои туфли на высоком каблуке, но осталась в перчатках. Потом порылась в сумочке и вынула наручники.

Когда через минуту Макс вернулся в комнату, она была уже у самой кровати: бедро вперед, одна рука поднята вверх и наручники болтаются на одном пальце.