
В эту минуту в дверь позвонили, и женщина пошла открывать. На пороге стоял нестарый еще мужчина с бесцветными голубыми глазами.
- Я принес, - сказал он и шагнул за порог.
Женщина закрыла дверь. В гостиной было темно, хозяйка зажгла настольную лампу и осветилась часть стола, покрытого зеленой клеенкой, а с высоты платяного шкафа глянула на них картонная голова школьного глобуса. Человек снял кожаное пальто на цигейке и бросил его на кресло, затем расстегнул пиджак и вытащил из внутреннего кармана длинный прямоугольный сверток. Это был продолговатый мешочек из темного шелка. Распутав веревочку, он вытащил небольшой кусок кожи и разложил его на столе.
- Старая, - сказал Борис Соломонович, ощупывая предмет.
- Какая нашлась, какая нашлась, - скороговоркой проговорил человек.
- А вот и самое главное, - он поднял к небу длинный и неправдоподобно тонкий указательный палец, затем извлек из кармана бутылочку и поставил её на стол.
- Я сам умертвил его, он был очень слабым и все равно бы умер, - как бы оправдываясь, проговорил мужчина, открывая бутылочку и рассматривая содержимое на свет.
- Хорошая кровь, свежая, - тихо сказал Борис Соломонович как будто бы самому себе.
- Надеюсь, он не крещеный.
- Да, какое сейчас крещение!
- Ну, тогда начнем, - сказал Борис Соломонович и попросил принести новое перо.
