- Знаешь, они прежде всего люди, а уже потом воины и насильники. Люди хвастаются и лгут. Даже если это и правда, даже если они рассматривают в бинокль красные башни Кремля, все равно они проиграют.

- Но почему же они так сильны?

- Конечно сильны. Вот именно поэтому-то и проиграют.

Женщина рассеянно оглядела стол и поправила челку.

- Мне кажется, что нас всех еще ждет множество испытаний, трагедия в самом начале. - сказала она.

- Да, конечно, испытания. Их будет много, но время идет очень быстро, а жизнь человека проходит, и не остается от неё на земле почти никакого следа, и только избранные заслуживают место в пантеоне бессмертия.

Взгляд мужчины сделался неподвижным как будто стеклянным.

- Борис Соломонович, я вижу Вас в пантеоне бессмертия, - с улыбкой проговорила женщина и встала из-за стола. Она подошла к буфету, вынула из него бутылку вина и две рюмки. - Эту бутылку я купила в Тбилиси в прошлом году. Вы не представляете, какой это красивый город. В мае там все цвело, можно было задохнуться от воздуха.

Мужчина развернул бутылку этикеткой к себе, затем поднял её вверх и посмотрел на свет. Женщина протянула ему длинную змейку штопора.

- Прекрасно, - отметил Борис Соломонович, отпивая из рюмки вино.

- Говорят, что виноград разминается ногами.

- Да, это так, я даже видела, как это происходит. Давильщик стоит в деревянном корыте и как будто бежит на месте. Но так делают вино в деревнях.

- Сквозь красный сумрак этой бутылки я вижу волосатую ногу горца. Знаете. Анна Сергеевна, в средние века раскаленный клинок рыцаря пронизывал сыроватый мрак будущего. Всякие войны, уничтожения - это гигиеническая акция. Переизбыток положительного потенциала рождает на другом полюсе потенциал отрицательный. И вот происходит... Когда Нобель проводил опыты с нитроглицерином, он и не предполагал, что сделал большой вклад в укрепление мирового порядка, открыл новую эру, в которой не будет войн.