Потом она приказала отвязать и увести ребенка, тогда Мармузэ увидел, что стена появилась снова на месте, а столб, палачи и ребенок — все исчезло.

Она с силой Геркулеса кинула Мармузэ на стул.

— Теперь поговорим, — сказала она.

Маркиз де Моревер лежал без чувств возле дивана.

— Я знаю, кто ты, тебя зовут Мармузэ. Слушай, через пять дней я уеду из Парижа, а в развалинах этого дома найдут полумертвую от голода сумасшедшую подле трупа. Словам сумасшедших не верят, а мертвые не говорят. Сумасшедшая — твоя соучастница Ванда. Труп будет твой. Я для тебя выдумала великолепную смерть. Я осуждаю тебя на смерть от лишения сна, и ты умрешь ровно через пять дней.

Она снова хлопнула в ладоши, и на этот раз явились оба палача.

— Займите в мое отсутствие этого господина, — проговорила она, обращаясь к палачам. И вышла.

Испанец и его товарищ сели возле него. Мармузэ смотрел удивленно на них, спрашивая себя, как они будут мешать ему заснуть.

Просидели они в таком положении несколько часов. Наконец физическая усталость взяла верх. Глаза Мармузэ закрылись, но в это время испанец ударил железной палкой по медному барабану. Пытка его начиналась.

Через несколько часов, когда Мармузэ мало-помалу стал привыкать к гулу, испанец принес ведро холодной, как лед, воды и начал по временам брызгать ему на лицо.

Прошло двадцать часов. Наконец появилась сама прекрасная садовница и отпустила своих слуг отдохнуть, сама же стала около Мармузэ и начала колоть его булавкой. Через другие двенадцать часов на смену своей госпоже явились ее верные слуги с жаровней и с раскаленным прутом.

Начался третий вид пыток. Он кричал, метался, и кровь струилась из его ноздрей.

Вдруг испанец и его товарищ тревожно переглянулись — они услышали странный шум, и испанец побежал разбудить свою госпожу.

Прибежала прекрасная садовница.