Невозможно быть равным гению, но надо хотя бы пытаться приблизить свое развитие к пониманию тех вечных ценностей какие великий творец оставляет человечеству. Сегодня не сухим хрестоматийным языком учебника по литературе, а всей своей душой гудящей восторгом от громогласной, грандиозной мощи слова. Маяков ского, я могу выразить свою верную и преданную любовь к величайшему поэту нашей эпохи. Ярчайшее, светлое, смелое, емкое, небывало образное, напористое, запоминающееся слово Маяковского - воистину "полководец человечьей силы". Но стихи Маяковского несут в себе не только колоссальный поэтический пафос и яростную непримиримость всему дурному в новой жизни общества, но и высочайшую человечность, глубоко выстраданную лиричность.

"Это, может быть, последняя в мире любовь вызарилась румянцем чахоточного", - поэма "Флейта-позвоночник" (1915 г.). Любовь к Лиле Брик не оказалась последней в жизни Маяковского, но лучшие лирические стихи Маяковского связаны именно с ней, с этой горячечной, лихорадочной, неистовой болью его великой души.

Вот я богохулил.

Орал, что бога нет,

а бог такую из пекловых глубин,

что перед ней гора заволнуется и дрогнет,

вывел и велел:

Люби!

И небо,

в дымах забывшее, что голубо,

и тучи, ободранные беженцы точно,

вызарю в мою последнюю любовь,

яркую, как румянец у чахоточного.

Забуду год, день, число.

Запрусь одинокий с листом бумаги я.

Творись, просветленных страданием слов

нечеловечья магия!

Смятеньем разбита разума ограда.

Я отчаянье громозжу, горящ и лихорадочен.

Я душу над пропастью натянул канатом,

жонглируя словами, закачался над ней.

Любовь мою,

как апостол во время оно,

по тысяче тысяч разнесу дорог.

Тебе в веках уготована корона,