Она разговаривала со мной, я слышала звук ее мягкого интеллигентного голоса. Она показывала мне папки, объясняла, о чем шла речь, улыбалась. Я не замечала, что не слушаю ее.

Затем, она предложила мне прочесть документы, которые приготовила на моем столе, стоящем напротив ее собственного, и принялась за работу. Я послушно листала бумажки, которые она дала мне просмотреть. Речь шла о регламентах и перечнях.

От вида ее лица в двух метрах передо мной у меня захватывало дух. Ее опущенные над цифрами веки мешали ей увидеть, что я ее изучала. У нее был самый красивый в мире нос, японский нос, этот неповторимый нос с тонкими деликатными ноздрями, узнаваемыми среди тысяч. Не каждый японец обладает таким носом, но если кто-нибудь имеет такой нос, он может быть только японского происхождения. Если бы у Клеопатры был такой нос, география планеты претерпела бы серьезные изменения.

К вечеру было бы мелочным полагать, что ни одно из моих знаний, благодаря которым меня приняли на работу, не послужили мне. В конце концов, я хотела работать на японском предприятии, и я добилась своего.

Первый день на работе показался мне восхитительным. Последующие дни подтвердили это впечатление.

Я все еще не понимала, какова была моя роль на этом предприятии, мне было все равно. Кажется, на господина Саито мое присутствие действовало угнетающе, но меня это не волновало. Я была очарована своей коллегой. Ее дружба казалась мне более чем достаточным предлогом для того, чтобы оставаться по десять часов подряд в стенах компании Юмимото.

Матово-белый цвет ее лица был в точности таким, о котором говорил Танидзаки*. Фубуки в совершенстве воплощала японскую красоту, ошеломительным исключением являлся лишь ее рост. Ее лицо было сродни "гвоздике древней Японии", символу благородной девушки прошедших времен, венчавшее ее долгий силуэт, ему было суждено царить над миром.

Юмимото была одной из самых крупных компаний мира. Господин Ганеда руководил отделением Импорта-Экспорта, который покупал и продавал все, что существовало на планете.