- Батьку шукаешь, э?

Знакомый вроде. Юрий пригляделся. Водила?.. Нет, телохранитель - был тогда с отцом, когда гнали "Ауди" обратно, законному ее владельцу. В тот вечер Юрий мало что видел и соображал, оторванный опять от Ленки-елки, от дома, полувымерзшего поля, но говорок этот усек... Хм, как "человек с ружьем" из былинных баек, с особым говорком; не доверяют, что ли, по-прежнему своим?.. Свои - в альтернативу, а латыши, хохлы, эстонцы - в контрактники... Правда, к своим, в альтернативу, - и мирные, про совесть вспоминающие "чурки"...

- Гуляю, - неприязненно, с желанием тут же отвязаться и уйти ответил

Юрий. - Хочу, гуляю, где хочу.

- А я те шо?.. Я вить про то, шо батька ж дома.

- Угу... - Юрий, повернувши было прочь, остановился. - Как вас там... Мыкола? Мыкола... м-м... Вот ты послушай... дай свою версию. Вот здесь у нас торгуют за гроши иностранным... Сигареты, кассеты для магнитофона... В общем, тем, что

там - за доллары. Короче, в общем, дороже много, чем у нас. Какой же смысл?

Телохранитель в раздумье собрал на лбу морщины, но тут же посветлел, расправился.

- Та вить шукают же тут: лес, бензин, металл...

- Так что... обмен? Мы олухи, выходит?

- Ну ни зовсим обмен... А олухи... хе-хе!.. Ты, шо ж, тохо не бачив? И круглое лицо охранника стало сочувствующе смеющимся.

"Вот этому бы вмазать! Пока здесь - за чертой. Здесь еще моя земля. Трэсь разочек - да и ходу".

Юрий резко повернулся. Прочь, прочь... Пошагал, так и не вынув из карманов кулаки. Чесались. Била дрожь, зуб на зуб не попадал ни в такт шагам, ни в унисон мелодии... чего-то там:

...а-та-та, та-та-та... чужая Гренада...