Даже младшая Маруся догадалась, что с другом приключилось несчастье и «разработала» свою методику лечения. Сначала она просто укладывалась рядом с пострадавшим, прижималась к нему бочком и что-то мурчала. А потом освоила «лечебный массаж»: забиралась псу на бок или на спину и принималась интенсивно «месить» всеми четырьмя лапами. Пес блаженствовал. Иногда, правда, Маруся слишком увлекалась и выпускала когти. Лари сбрасывал ее, но кошка, видимо, считала такой «массаж» очень полезной процедурой и снова его возобновляла.

Раненый быстро шел на поправку. Наверное, от «массажа» можно было бы и отказаться, однако Маруся вошла во вкус, пес тоже привык. Так что эта процедура стала для них традиционной.

Вопрос: что приключилось с Лари? – не давал нам покоя. Во дворе все тоже переживали случившееся. Каждый день к нам на улице подходил кто-нибудь и рассказывал новые подробности о происшествии. Кто-то описывал то, что видел своими глазами, некоторые передавали рассказ очевидцев, были и такие, кто пересказывал услышанное уже «через третьи, а то и четвертые руки». Зачастую версии противоречили одна другой.

Опираясь на «показания» наиболее надежных свидетелей, отсекая противоречивую и явно неправдоподобную информацию, мы сумели составить целостную картину происшествия.

Когда муж замешкался у подъезда, Лари решил, что может еще немножко погулять самостоятельно по газону перед домом. Углядел на противоположной стороне улицы мужчину с собакой: они шли по дорожке вдоль длинной пятиэтажки. Из-за кустов Лари не мог разглядеть – кто это? Вдруг знакомый? Надо же поприветствовать товарища!

Собака оказалась незнакомой и знакомиться не захотела. Мужчина тоже Ларикову попытку пообщаться не одобрил. Гордая парочка прошествовала за угол дома и вошла в свой подъезд.

В этом дворе, на территории бывшего детского сада, который теперь заняла какая-то коммерческая организация, поселилась стая собак. Их подкармливали жители дома и сотрудники разместив шейся там фирмы.