— Но доктор Смит, мне все это прекрасно известно! — воскликнул мистер Пэтсон, глядя ему прямо в глаза. — Потому что и жена и наши друзья, все только и делают, что без конца говорят об этом, все ворчат, все жалуются. Но я не о том. Я, признаться, всегда был либералом и верил: преобразования в обществе возможны. Если бы все сводилось к тому, что один класс отныне станет получать немного меньше доходов, а другой — немного больше, мой доход снизится, а у моего конторщика или у складских рабочих возрастет жалованье, меня бы это ничуть не беспокоило. Я же сейчас совершенно об ином говорю. Экономика, политика, все эти перемены в обществе, они, возможно, лишь часть общей картины: их просто-напросто используют в других интересах.

— Мистер Пэтсон, что-то я не могу уследить за вашей логикой.

— Потерпите минутку, доктор. Давайте вернемся к тому, что я услышал в тот вечер. Я отвлекся, чтобы подчеркнуть: уже тогда я не мог не почувствовать — в словах Фэрбрайта есть что-то особенное, некое зерно истины. Хотя бы потому, что впервые кто-то попытался объяснить, отчего вокруг нас все это творится.

И он серьезно посмотрел на врача. Доктор Смит покачал головой и, чуть заметно улыбнувшись, сказал:

— Гипотеза таинственного, активного Источника Зла, мистер Пэтсон, ничего толком не объясняет.

— О-о, это лишь исходная точка, — парировал мистер Пэтсон довольно воинственно. — И конечно, это еще не все, никоим образом! Вот теперь мы добрались и до его представителей.

— Ах, да-да… представители… — доктор Смит вдруг сделался невероятно серьезным. — Это также идея Фэрбрайта?