— Неужели на несколько стихов можно жить?

— Можно, потому что каждый из них на вес золота. В итальянских семьях отцы на смертном одре каждому из сыновей оставляли в наследство по кусочку такого стиха (словно это Библия), а дочерям давали в приданое целый стих.

— Что же это за стихи, которые на вес золота? — включилась в дискуссию и Лиза. — Неопубликованные белые стихи Шекспира?

— Вовсе нет. Эти стихи намного, намного старее. Их передают из уст в уста как народную поэзию.

— А на каком они языке? — спросил я.

— Этого я не знаю. Кроме того, должен признаться, я их вообще не понимаю. Язык всегда старше стихов.

— Подождите, подождите, — перебила нас Лиза. — Я ничего не понимаю из того, что вы рассказываете. Говорите помедленнее.

Хотя мы перешли на английский, я тоже ничего не понимал и спросил:

— Какой прок в стихах, которых не понимаешь?

— Но я и по-английски не понимаю, о чем вы говорите, — снова вмешалась Лиза. — Значит ли это, Теодор, что потенциальный покупатель, допустим я, тоже не понял бы их?

— И зачем покупать стихи, которые не понимаешь? — добавил и я, обращаясь к Теодору.

— Понимать и не надо. Важно, чтобы поняла жена купившего. Например, присутствующая здесь Лиза. Стихи, о которых я говорю, обладают вполне конкретной прикладной ценностью. И между прочим, ночью их ценность гораздо выше, чем днем. Если заплатишь, могу и тебе уступить какой-нибудь из них.

— На что он мне?

— Такое любому мужчине нужно. Да и женщине может пригодиться.

— Для чего же это? — заинтересовалась Лиза.

— Пока произносишь этот стих, язык делает такие движения, что при оральном сношении с женщиной вызывает у нее оргазм.

— Постой, постой, — разволновалась Лиза. — Что это он говорит?