К этому времени стало очевидно, что Децимо Терцио вполне может получить запрошенную сумму. Кто-то уже предложил по две с половиной тысячи при условии, если экспертиза докажет, что шкурки настоящие, а не ловкая подделка.

Моргун послушал, как идут торги, и был очень задумчив, когда шел в свою контору. Кое-какие детали привлекли его внимание: этот Децимо Терцио был странным парнем, и особенно поражала его одежда.

Прежде, всего штаны, плотно, как трико акробата, облегающие тело. Да и его металлические башмаки...

- Здесь что-то не так, - пробормотал Моргун.

- Вы что-то сказали? - спросила секретарша.

- Ничего...

Моргун удалился в свою комнату и взвесил все "за" и "против". С одной стороны, считал он, - и этот довод становился все весомее, - если бы толковый человек, знающий, как обделывать делишки, а таковым и считал себя Моргун, мог как-то раздобыть пару животных, которые имеют такой удивительный мех, то на этом деле можно было бы заработать кучу денег. С другой стороны, нельзя забывать и о тысяче монет - по пятьсот от каждого из тех двоих, кто предложил ему награду, - если их уведомят о появлении на рынке такого товара.

Мысль о синице в руках, которая, как известно, всегда лучше журавля в небе, наконец победила в мозгу Моргуна, и он сразу же телеграфировал обоим персонам, предложившим ему награду.

Одна телеграмма была послана Арнольду Колумбу.

Другая - Уилмеру Фэнсайфу.

Оба жили в Нью-Йорке, но по разным адресам.

ГЛАВА 2 ДРАКА

Драка в аэропорту, которая произошла тем же вечером, возникла неожиданно. Стюардесса видела, как она началась. Двое пассажиров - они не вставали со своих мест во время беспосадочного перелета из Нью-Йорка и сели в самолет по отдельности, а следовательно, никто из них не знал, что другой находится на борту, - поднялись со своих мест после приземления в СентЛуисе. А как только увидели друг друга, то сразу же затеяли потасовку.