Неважно, что болтается перед участниками, - миллион, ключи от квартиры, выгодный контракт, - они добровольно жрут. Жрут, жрут своих же. И никому из этих людей внутренний голос не нашептывает голосом знаменитого фантастического кота: "Не советую, молодой человек, съедят". Потому что игроки загодя отвечают на это: "Меня - завтра, зато сегодня - я".
В книгах все это видно лучше, чем на экране. Книги - как отчет путешественника. В них путешественники - а все эти люди путешественники, даже если безвылазно сидят в гостинице, - оправдываются.
С экрана оправдательная этика уже пролезла в книжную индустрию. Факт свершился.
Почему я должен все это безобразие читать?
Не надо мне рассказывать про этих людоедов. Потому как глянешь на какой-нибудь обитаемый остров - красота. А присмотришься - сидит там в кустах Повелитель мух, а по берегу бродят людоеды.
Не надо обработанных редактурой воспоминаний стеклянных людей: "Непосредственно сейчас, при написании этой книги, у меня стал проявляться интерес к авторской работе. Хочется глубже понять, как происходит написание произведений. Прочитав эту книгу, вы, надеюсь, окунетесь в мир интересного и сами сможете представить себя на месте участника проекта"... Не надо чудовищно косноязычной, похожей на графоманскую фантастику советских времен книжки Сакина, где все герои живут под номерами ("На носу их лодки сидела его 2-а. Она поднялась, поддерживаемая дружелюбно улыбающимся 11-и, и прыгнула в протянутые руки 1-с"). Не надо кривой сентиментальности книжки Любименко.
Это не литература, это отчет о большой жратве, празднике каннибалов.
Мне будут говорить, что людоедство - непреложное свойство популярности. Мне будут говорить, что это необходимый камень в фундаменте строительства светлого капиталистического завтра.