Аппашер подождал несколько минут, потом шепотом позвал:

– Тамбурлани, Тамбурлани.

Из-за двери никто не отозвался. Тогда он легонько постучал костяшками пальцев. Ответом ему была полная тишина.

Ночь все тянулась. Аппашер решил попытать счастья у Джанны – девицы доброй души и легкого поведения, с которой он не раз проводил время. Джанна занимала две комнатушки в старом густонаселенном доме далеко от центра. Когда он туда добрался, был уже четвертый час. К счастью, как это нередко бывает в таких муравейниках, дверь подъезда оказалась незапертой. Аппашер с трудом вскарабкался на шестой этаж – он так устал от кружения по городу.

На площадке он и в темноте без труда отыскал нужную дверь. Тихонько постучал. Пришлось постучать еще и еще, прежде чем за дверью послышались какие-то признаки жизни. Наконец до него донесся заспанный женский голос:

– Кто там? Кого это принесло в такое время?

– Ты одна? Открой… это я, Тони.

– В такое время? – повторила она без особого восторга, но со свойственной ей тихой покорностью. – Подожди… я сейчас.

Послышалось ленивое шарканье, щелкнул выключатель, повернулся ключ, и со словами: «Чего это ты в такую пору?» – Джанна открыла дверь и хотела тут же убежать в постель – пусть сам за собой запирает, но ее поразил странный вид Аппашера. Она ошарашено оглядела его, и только теперь сквозь пелену сна до ее сознания дошла явь.

– Но ты… Но ты… Но ты…

Она хотела сказать: но ты же умер, теперь я точно помню. Однако на это у нее не хватило смелости, и она попятилась, выставив перед собой руки – на случай, если он вздумает приблизиться.

– Но ты… Но ты… – И тут из ее горла вырвался крик. – Уходи!… Ради Бога, уходи! – заклинала она его с вытаращенными от ужаса глазами.

А он все пытался ей объяснить:

– Прошу тебя, Джанна… Мне бы только немного отдохнуть.

– Нет-нет, уходи! И не думай даже. Ты с ума меня сведешь. Уходи! Уходи! Ты хочешь весь дом поднять на ноги?