Возможно, продавец, наоборот, уговаривал покупателя не брать его машину, но установить этот грустный факт уже не представлялось возможным. Нужно было срочно что-то приобретать и быстрей возвращаться домой: денег оставалось в обрез, а недельные поиски особым успехом не увенчались. По-английски «Беккер» понимать отказывался, Арсений же не считал нужным забивать голову изучением сложного немецкого языка, поскольку бизнес свой считал временным и опасным, собираясь сменить его в ближайшем будущем.

Промышлять перегоном автомобилей хоть и прибыльно, но очень опасно. Слишком много рисков. На дороге погибнуть по неопытности — запросто. Международный рэкет крепко пустил корни на польской земле. Полицейские, едва завидев машину с немецкими транзитными номерами, тут же перегораживают путь жезлом. Те же угонщики: стоит зазеваться — в считаные минуты свою работу сделают…

Всей этой напастью Арсений был сыт по горло. Если с ним крупные неприятности пока не приключались, то многих близких приятелей беда не обошла. Недавний знакомый по рынку, веселый парнишка Ваня, погиб под Белой Подляской — врезался во встречную фуру, унося колеса и ноги от преследовавших его разбойников. Ромео, друг детства, без вести пропал между Познанью и Варшавой вместе с «БМВ-730». Еще у одного приятеля, Тимы, угнали «Ауди-100» под Мальборком. Справил, что называется, малую нужду на пригородной заправке… Всего на пяток минут и остановился-то… Вообще немало ребят знакомых по мелочи пострадали, чего уж тут говорить.

Больше всего, конечно, Прапора было жалко. Очень уважаемый человек был, хоть и контуженый, горячий. Чуть что — сразу кулаки в ход пускал, если чего не тверже. Но ведь не с детства контуженый. Свой недуг Прапор в Афганистане заработал — вместе с орденом Красного Знамени и двумя орденами Красной Звезды. Четыре года отвоевал. Потом в Группе советских войск в Германии дослуживал, пока Горбачев не похоронил СССР вместе с варшавским военным блоком.