Лампочка потухла. Через несколько минут Арсений заглушил двигатель, вытащил щуп и внимательно его осмотрел. Не заметив следов подозрительной химической реакции, он успокоился и, усевшись в машину, взял курс на родные пенаты. Заплатки, страхующей выхлопной патрубок, должно было хватить примерно на сорок километров, то есть вполне достаточно, чтобы благополучно преодолеть варшавские пробки, а там уж и до границы рукой подать, можно и пошуметь. Вырулив на заключительный отрезок пути, соединяющий столицу Польши с пограничным городом Тересполем, Арсений несколько раз глянул в зеркало заднего вида, закурил и включил старенькую магнитолу «Блаупункт» с доставшейся в наследство от рыжего немецкого продавца кассетой Фрэнка Синатры. Теперь можно было немного расслабиться… «Шуби Дуби Ду…»

До границы добрался без проблем. Пару раз машину проводили взглядами польские полицейские, занятые вымогательством денег у каких-то азиатов из бывших советских республик, а для польских бандитов, промышлявших в районе города Щедльце, между Варшавой и приграничным Тересполем, машина Арсения не представила интереса. Они недолго повисели на хвосте и свернули влево, в сторону города, — караулить более лакомую добычу…

С польскими полицейскими можно договориться и по сей день. Это вам не бездушные немцы, которые, объявив штраф в восемьдесят марок, в ответ на возражения нарушителя тут же объявляют сто. Замолкаешь моментально и немедленно оплачиваешь означенную в квитанцию сумму. Польская душа, хоть и не пользующаяся кириллицей в своей письменности и много веков подряд предпочитающая ежевоскресно молиться Пресвятой Деве Марии, а не православным заступникам, как ни крути, все же душа славянская. Польша — это некая буферная зона между католическим и православным миром. Душа поляка слегка коррумпирована и далеко не равнодушна к ниспосланной свыше денежной благодати, делиться которой с государственным бюджетом совсем не обязательно.