Для наших захребетников много опасней, если мы проведём изыскания на глубинном уровне — и, освободившись от привитого нам суверенитизма, освоим теорию стаи, с помощью которой, среди прочего, легко и свободно удаётся проникать повсюду, даже сквозь закрытые двери и охраняемые периметры стен правительственных резиденций, откуда нередко на нас и спускают так называемые факты общественной жизни.

Как ни странно, но изучать происходящее за стенами правительственных резиденций, действительно, лучше всего вне их пределов — наблюдая за низовыми исполнителями-суверенитистами, непроизвольными марионетками. Взглянув на чернь взглядом, вооружённым теорией стаи, можно узнать всё, не сходя с места. Этому я и учусь всю жизнь, но начинал учиться у своего тестя, отпрыска главраввината. Теперь добытыми знаниями готов поделиться и со своими «братьями и сестрами» — любой степени родства.

Читателю, вернее, счастливому обладателю критического мышления, видимо, уже не терпится узнать, что это такое — теория стаи?

Дураки остаются дураками при всяком правителе и при всяком государственном устройстве — образ их мышления во все времена схож. Они те, кого в дальнейшем мы будем называть суверенитистами, а образ их мышления —суверенитизм. Но есть, очевидно, какие-то малоизвестные принципы мышления, которые резко отличаются от общепринятых, — а владеющий этими принципами (теорией стаи) лидер легко будет управлять теми, кому привита тупая вера в факты общественной жизни и исторические документы.

Первый в моей жизни человек, который владел этими малоизвестными принципами и потому успешно манипулировал окружающими, был сыном главраввина довоенной Белоруссии (в подчинении сотни тысяч евреев), весьма близкая копия своего отца, мой первый тесть.

Могу даже сказать, что я до сих пор не встретил никого, кто бы так владел этими утончёнными при— ёмами скрытого управления, хотя для меня, интеллектульно-элитарного писателя, социальные границы полустёрты.