Билл Драммонд, Марк Мэннинг
Дурная мудрость
Потусторонний мир – это не миф. Он реален. И во все времена находились отчаянные смельчаки, дерзновенные духом, готовые предпринять это рискованное Путешествие в неизвестное в надежде дойти до конца, и вернуться, и рассказать остальным, что жизнь после смерти все-таки существует.
Предисловие
Только по-настоящему ненормальные психи, больные на голову самоубийцы, идут на север, по следам Франкенштейна, по безбрежным ледяным полям, в поисках недоеденной человечины в котелках Франклина: с иконой Элвиса – к незримому полюсу. Драммонд и Мэннинг – из этих безумцев: выдумщики и фантазеры на полной самоокупаемости, разбойники от языка. Последние из последних. Когда лобовое стекло сплошняком замерзает, они едут вслепую, по указке того, другого, кто вечно маячит у них за плечом – голема полярных просторов, этого третьего голоса, который не принадлежит никому и исходит из ниоткуда. «Дурная мудрость» знаменует собой конец культа четвинизма,
Глава первая
Термоядерный минет
Страшно. Боюсь до усрачки. Всего боюсь.
Конец двадцатого века, хоррор-шоу fin-de-siecle
Снаружи льет дождь. Семьпятнадцать утра. День не прожит еще и на треть, но уже искалечен моими увертками, лживыми отговорками и откровенным обманом.
Меня зовут Z. Я – дзен-мастер, и в одном из своих многочисленных воплощений я составляю треть триумвирата волхвов, или магов, так же известных в предании как Трое Царей-Мудрецов. Остальные две трети – это Гимпо и Билл. Они тоже дзен-мастера и оба повернуты на карате.
Ладно, иду за пилой. Только ее еще надо найти. Нахожу. Выбираюсь под дождь без плаща – для меня это верх отваги. Перехожу через дорогу, присматриваю подходящее деревце, что поменьше – футов в шесть высотой, тонкое и прямое, – молоденький вяз. Дождь так и льет. Заливается мне за шиворот. Отпиливаю у деревца верхушку. Разрезаю длинную палку на три коротких.