— Но ведь этот призрак как будто двигался?
— Это только так казалось: двигалась не фигура, а клубы дыма, на которых отражался свет волшебного фонаря.
— Значит, вместо призрака говорил тот человек, которого вытащили из камина?
— Вот именно.
— Но ведь он не мог слышать вопросы?
— Ему это и не было нужно. Вспомните, ваше сиятельство, что я самым строгим образом запретил вам задавать вопросы духу. Мы с ним условились заранее, что я буду спрашивать и как ему отвечать, и во избежание ошибок я велел ему соблюдать большие паузы, которые он отсчитывал по часам.
— Вы приказали хозяину тщательно залить огонь во всех очагах. Без сомнения, вы сделали это…
— …чтобы мой сообщник не подвергся опасности задохнуться в камине, так как во всем доме один общий дымоход; да к тому же я не совсем был уверен в вашей свите.
— Но как же случилось, — спросил лорд Сеймур, — что ваш дух явился точно, когда он вам понадобился?
— Мой дух уже давно сидел в комнате, прежде чем я стал вызывать его. Но, пока горел спирт, бледное отражение фонаря не было заметно. Окончив свои заклинания, я захлопнул крышку сосуда, где пылал огонь, в зале стало темно, и только тут на стене проступило изображение, которое давно отражалось на ней.
— Но ведь именно в ту минуту, как появился призрак, мы все почувствовали электрический разряд. Как вы его вызвали?
— Машину под алтарем вы обнаружили. Вероятно, вы также заметили, что я стоял на шелковом коврике. Я поставил вас полукругом перед собой и велел подать друг другу руки; когда же наступил нужный момент, я сделал одному из вас знак схватить меня за волосы. Распятие служило проводником электричества, и когда я дотронулся до него, вас всех ударило током.