В апреле в Глазго и в округе вспыхнула политическая забастовка шестидесяти тысяч рабочих. Их главари замыслили поднять вооруженное восстание. Правительственные агенты обманом заманили наиболее решительных и смелых ткачей в ловушку, и их перебили королевские гусары. Стачка прекратилась.

Да, неспокойно было в Англии в первые месяцы королевского правления Георга IV!

В такой атмосфере общественного возбуждения в Англии и за ее пределами Георг IV в годовщину бойни в Питерлоо возбудил процесс против своей жены.

Лондонцы отвечали овациями в честь королевы Каролины. «Король сделался мишенью всех сатир, всех карикатур и всех проклятий», — доносил в Петербург русский посол князь Ливен.

Небольшой городок Монтроз, как и вся Англия, торжествовал: ненавидимый, презираемый король посрамлен! Шотландцы радовались вдвойне: унижен был потомок немецких принцев, которых Англия посадила на престол вместо Стюартов, королей Шотландии, присоединивших к своей короне и корону Англии.

Вместе со воем городом радовался и ученик Академии Монтроз, пятнадцатилетний Александр Бернс, сын мэра города Джеймса Бернса, троюродный племянник великого поэта Шотландии Роберта Бернса.

Александр родился недоношенным. Родители, боясь, как бы он не умер, поспешили немедленно его окрестить. Ребенок выжил, однако телосложения был такого, что в школе его называли мелюзгой. Шатен, даже чуть рыжеватый, с серыми глазами на широком лице, имевшем легкие округлые очертания, с небольшим ртом, тонкими губами и ямочкой под губой, с подбородком, хотя и округлым, но крупным, отчетливо выраженным, — этот подросток производил впечатление изящества, даже изысканности, и наружностью своею и манерами.