Однако в тот вечер мы ощущали себя настоящими друзьями: шатались по городку в поисках какого-нибудь уютного кафе, но то была Польская Народная Республика двадцать пять лет назад – в одном кафе цен не выдержал бы наш ученический карман, еще в двух толклись в длинной очереди жаждущие заполучить освободившийся столик. Правда, мы набрели на «стекляшку», где можно было выпить пива, но это была такая убогая «пивнуха», как тогда выражались, что у нас не хватило смелости переступить ее порог. Из павильона курортной водолечебницы, где отдыхающие тянули через стеклянные трубочки минеральную воду, нас вытолкали – уж и не помню почему: то ли час был поздний, и они закрывались, то ли потому, что паренек из Щецина, кажется, его звали Адам, грянул «Summertime»
Все это встало перед моими глазами, нет, не так – в голове словно бы прояснилось, когда я увидел очень похожую группку молодежи: семеро шли с рюкзаками за спиной, а один парень нес черный футляр с саксофоном. Они направлялись в сторону автовокзала, и я невольно пошел за ними. Вели они себя довольно шумно – девушка, которую все называли Королева, что явно ей льстило, то и дело затягивала песню, но после нескольких тактов, а то и сразу после первой строчки расстраивала хор и перекрикивая всех, спрашивала: а это вы знаете, а это г– и начинала новую, а я, глядя на нее с веселым любопытством, к своему удивлению обнаружил, что в их репертуаре есть и Качмарский, и пара-тройка харцерских песенок, которые мы когда-то распевали у костра и которые я хорошо помнил еще со школьных времен, ну и конечно же, несколько походных.