Он взял с подноса проходившего официанта стакан холодной водки с лимонным соком, продолжая разглядывать гостей. Несколько прелестных созданий в легких, вызывающе открытых платьях слонялись по саду и явно скучали; мужчины, не удостаивая их вниманием, толпились вокруг бара и накачивались вперемежку «Джи энд Би», шампанским «Моэт» и «Флэгом».

Узкий избранный кружок тропических широт, где, должно быть, творится втихомолку немало гнусностей.

— Здесь мы ничем не рискуем, — заверил Эдди Кокс. — Как видите, собрались одни «экспатрианты».

Действительно, кроме музыкантов не было видно ни одного негра.

— Почему же нет вольтийцев?

Американец улыбнулся уголком рта.

— Они боятся выходить по вечерам, и у них нет денег на ответные банкеты...

— А среди музыкантов и обслуги нет шпионов?

— Оркестр приехал из Бобо-Диулассо. Официанты проверены. Все сторонники старого режима.

— Я видел Жоржа, — сказал Малко. — Он играет важную роль в нашем плане. Ему можно доверять?

Эдди Кокс пристально посмотрел на него.

— В принципе да... если только его не перевербовали без моего ведома. Такое, знаете ли, случается... Здесь все вербуют всех. Просто порочный круг какой-то. Кстати, как ваши «няньки», устроились?

— Да. И я виделся с Деборой.

— Ну?

Малко достал из кармана отчет и протянул его американцу.

— Это подтверждает все, что говорил нам полковник Уэдраенго. Население сыто по горло режимом Санкары.

Эдди Кокс одобрительно кивнул.

— Что до Деборы, она славная девушка, — продолжал Малко, — и отлично поработала.

Он снова окинул взглядом сад. Судя по всему, только они двое принадлежали к миру секретных служб на этой вечеринке, которая служила превосходным прикрытием.

— А какая обстановка в столице? — спросил Малко.

— Предгрозовая, — ответил американец. — Пора что-то делать. Уже просачиваются ливийцы, алжирцы, а теперь еще и кубинцы.