Все неловко отвернулись, у кого-то вырвался тяжёлый вздох. Где-то неподалёку надрывно крикнула птица и словно захлебнувшись вечерней тишиной, умолкла.

— Вот, держите… -сказала она, протягивая монеты. — Вы накормили меня вчера… Держи, Иуда… чего ты? Бери!

— Возьми деньги, Иуда, -вдруг сказал Иисус.

Иуда поднял голову, но не пошевелился.

— Сходи на базар, купи еды и возвращайся назад.

Иуда отрицательно покачал головой и опустил её снова.

— Пусть она идёт, учитель, -сказал Андрей. — Нам не нужны её деньги.

— Это наши деньги. И она никуда не пойдёт.

— Ну, всё! -Пётр хлопнул себя рукой по колену и встал. — С горы и вниз понесла нелёгкая!… Непременно нужно было тебе явиться с ней! Спала бы себе и дальше, краса многогрешная! Столько трудов — и всё теперь зря! Зря! И дня не прошло… Куда прикажешь идти теперь?

— Я пойду, Иисус, -сказала Мария, едва дыша. — Разве я в силах вынести это? О, зачем только ты позвал меня с собой! Я прожила целую жизнь за один день, счастье и несчастье, любовь и разлуку… Никого нет добрее тебя и лучше, но, верно, и одной ночи иногда бывает слишком много!

— Одной ночи? -Спросил Иисус, поднимаясь с земли. -Я смогу защитить тебя, я никому не дам тебя в обиду, теперь ты это знаешь. Но если есть другое место, где тебя ждут, куда зовёт тебя твоё сердце — значит, я ошибся, можешь уходить.

— Нет! -Вскрикнула Мария в страхе, что он мог подумать так. — Нет у меня теперь другой судьбы и другой дороги!

— Тогда оставайся со мной -все дни и все ночи. Пётр! Я ни слова более вам не скажу. Иуда принесёт еду, и мы отправимся смотреть закат к морю. Купи рыбы, Иуда — мы пожарим её и запьём хорошим вином.

— У нас дома полно рыбы, -сказал Иоанн. — Мы можем вернуться и принести.

— Слышал, что сказал Пётр? Назад уже дороги нет. Завтра мы отправимся в Кану. Беги на базар, Иуда, -солнце не будет ждать.

— Нет, нет… -пробормотала Мария, глядя вслед убегающему Иуде, — не спеши так, Иуда, можешь не спешить… пускай солнце подождёт…