Ополонице были отданы под начало пешие ратники и лучники-мужики, которые должны были идти вниз по Оке на легких слугах.

Когда начали сажать ратников на струги и беляны, Ополоница пришел к Юрию:

— Княжич Федор изготовился в поход, княже. Благослови сына на рать.

Тень испуга пробежала по лицу Юрия. Он надавил на гусиное перо, которым ставил свое княжеское титло

— Федор силен, мечом и секирой владеет, как добрый воин.

— Не повременить ли?

— В стойле лучший скакун может потерять ноги, князь.

— Мурома бьется лихо. Обождать бы Федору…

— Чем жарче бой, тем витязю больше чести. Благослови сына!

Князь согласился, и Федор присоединился к полку Коловрата.

Ополоница напутствовал его кратко:

— От боя не уклоняйся, но и не борзись излишне. Смерть настигает того, кто теряет над собой власть. Думай в бою не о смерти, а о том, как лучше побить врага.

Федор порывисто обнял своего пестуна и, сияя от радости, занял свое место в строю воинов. Обок с ним вновь оказался Кудаш.

Рязанское войско воевало мурому все лето.

Когда же на темень лесов пало червонное золото близкой осени, на пожженных городищах вновь густо запахло сосновой щепой; толпы пленников рыли землю, ставили по указке рязанцев-мастеров городские тыны

Оставив в городцах служилых людей и восстановив власть Руси в селах и становищах на Мокше и Цне, Коловрат повел рязанское войско в обратный путь.

Федору не пришлось пробираться на коне среди верных соратников и боевых друзей. Его положили на струги и прикрыли медвежьей шкурой. В одном из сражений, решавших исход всей рати, Федор вместе с молодыми княжичами, с Евпатием, Кудашом и с небольшой кучкой других воинов подвергся нападению многочисленного отряда муромы.