Как далеко это от тех, кто жил до него! Как далеко это от того, кого сейчас готовятся положить под камень с горы Ржип, под камень, отколотый от огромной глыбы, предназначенной в основание Национального театра.
Или это не столь уж далеко? И, может быть, просто недостает понимания более глубокого, подспудного родства?
Одно несомненно: частица живого мира канула в небытие. Отрезок времени, который миновал безвозвратно.
Он поднял глаза на мать, потому что вдруг спохватился, не произнес ли он этого вслух.
Она и в самом деле кивнула головой, словно отвечая на не произнесенные им слова:
— Ступай-ка спать. Ты с дороги, и уже поздно. Ока уже взялась за дверную ручку, как вдруг он
остановил ее вопросом:
— Не следует ли мне сейчас пойти взглянуть… Она не дала ему договорить:
— Лучше, чтоб он остался у тебя в памяти живым.
10. МОСКВА
«Мои дорогие, я вполне допускаю, что вас в эти дни нисколько не интересует, как подвигается дело с оснащением нашей московской пивоварни. То, что делается сейчас в городе, гораздо интереснее, и не только для вас. Конечно, самое главное происходит в Петербурге, но, похоже, это распространяется уже по всей стране. Здесь, в Москве, которая как-никак была и есть матушкой всея Руси, отголоски этих событий куда мощнее, нежели в губернских городах.
Конечно, пока еще трудно разобраться, что все это значит и чем кончится. Мне показалось, что и подавляющее большинство москвичей не очень-то ломает себе над этим голову. Седьмого декабря, когда здесь была объявлена всеобщая забастовка и торговцы начали закрывать лавки, население было озабочено главным образом тем, как бы еще успеть что-то купить. Хотя возле продуктовых магазинов стояли толпы покупателей, однако в настроении людей преобладали скорее любопытство и возбуждение, вызванное ожиданием чего-то из ряда вон выходящего; нередко даже слышались шутки и смех.