Чулю, чулю католи шали,Чальа обшель, чальа обшель,Чишель, чишель, килель обшали,Шивель вивель, шивель вивель.

По утверждениям литературоведов, это стихотворение написано на так называемом «языке близнецов». Как известно, близнецы часто создают в раннем детстве для общения между собой свой особый язык, непонятный для окружающих, даже для родителей. Читателям такая манера поначалу тоже кажется чуждой и непонятной. Каждое слово в отдельности лишено смысла. Но если это четверостишие прочесть про себя по меньшей мере тысячу раз, то непременно, как и задумал поэт, ты увидишь зеленую траву, услышишь легкий шум дождя в упругих стойких травинках и почувствуешь себя близнецом природы.

Но стихи, так совпадавшие с шелестом полупрозрачной водяной пыли в невысокой траве газона, были прерваны появлением двух баскетболистов.

Баскетболисты – это эвфемизм. У нас он понятен всякому. В службе безопасности не может работать человек, если рост его не достигает двух метров. Там одни гиганты. И в частных беседах о них никто не говорит: работники службы безопасности. О них говорят – баскетболисты. А главу этой службы называют главным баскетболистом.

– Поедемте с нами, – негромко сказал, склонившись надо мной, один из баскетболистов с несоразмерно маленьким для его роста, красивым, румяным, словно девичьим, лицом.

Мы сели в стандартную машину на воздушной подушке. Я не понимаю, почему до сих пор не выпускают специальных машин для баскетболистов. В этой им, по-видимому, было не слишком удобно, но, возможно, они уже приспособились. Они согнулись, как закрытые не до конца складные ножи.

Мы подъехали к зданию службы безопасности. Единственному старому четырехэтажному зданию на этой улице. Вокруг торчали небоскребы. Вышли из машины. Я сразу оказался между двумя баскетболистами и со стороны, очевидно, выглядел, как здание безопасности между этими небоскребами. Едва мы подошли к двери, как она открылась автоматически. Ну, для этого нужно не слишком сложное приспособление. Огромный вестибюль был в два этажа. Совершенно пустое помещение. Ни одного человека. Ни стула, ни скамьи. Дверь в стене против входа. Никаких выходов к лестницам на следующие этажи или к лифту.



11 из 16