Она повернулась ко мне, глаза полузакрыты, челюсть немного выдавалась вперед. «Я думала, что ты захочешь», — самодовольно ответила она. Она обладала просто потрясающим высокомерием. Дилер, стоявший на мосту над Ахтербургским каналом, выловил нас своим взглядом. Показывая хорошее чувство нужного момента и обладая отличным знанием рынка, он прошипел: «экстази для секса». Крисси удивленно вскинула брови и стала было останавливаться, но я повел ее дальше. Люди говорят, что экстази хорош для траханья, но лично я под экстази могу только танцевать и обнимать незнакомых людей. Да и вообще, мой последний раз был так давно, что мои яйца попросту разрывались от желания. Последнее, что мне было нужно, так это афродизиак. Крисси мне не нравилась. Мне нужно было трахнуться. Все было настолько просто. Героин часто накладывает сексуальный мораторий на пользователя и послегероиновое сексуальное пробуждение захватывает тебя без всякого разбора — зуд, который только и ждет, чтобы его почесали. Мне надоело сидеть и дрочить в передней Рэба/Робби, распространяя затхлый мускатный запах спермы, смешивающейся с дымом гашиша. Крисси делила квартиру со слегка нервной и вполне смазливой девочкой — Маргрит, которая постоянно кусала свои ногти, закусывала нижнюю губу иговорила на беглом голландском и медленном английском. Мы немножко поболтали, потом мы с Крисси направились к кровати в ее светлой спальне. Я начал целовать и трогать ее, мысли о Ричарде не покидали меня ни на секунду. Я не хотел сексуальных игр, я не хотел заниматься любовью, не с этой женщиной. Я хотел трахнуть ее. Сейчас же. Единственной причиной, по которой я лапал ее, был Ричард. Я решил, что, потратив время на это, я добьюсь большего контроля над ней, тем самым получив возможность доставить ему больше неприятностей. «Трахни меня…» — прошептала она. Я откинул одеяло и против желания скривился, увидев ее влагалище. Оно было ужасным: воспаленное и в шрамах. Она слегка смутилась и застенчиво объяснила: «Мы с подружкой играли в игры… с пивными бутылками.