А тогда в том бесшабашном поезде они любили друг-друга,любили очень сильно,и она старалась не вспоминать несчастное лицо отца на перроне и истерический шопот матери:"Какая же ты дура! Ты ещё пожалеешь много,много раз!"

Любимое пророчество.

Конец ноября,семнадцатый год,улицы перестали убирать и - невероятная грязь,мессиво грязного снега. Когда вышла из клиники Вилье,дорогу преградила процессия - красные и черные флаги -похороны .Подумалось дикое:надо прибавить ещё одну безвинную,никому не ведомую жертву.....

Шестнадцать лет и первая взрослая тайна,первая взрослая ложь. Иосиф днями и ночами пропадает то в типографии,то в Таврическом, Они встречаются на квартире её подруги богатая буржуазная квартира,хозяева уехали в Финляндию.переждать "беспорядки",ей поручили огромного сонного кота Арсения и два фикуса. Девятая Рождественская,а они жили на Десятой. Он вызывал её к телефону,что был внизу у швейцара,и она мчалась стремглав. И вдруг всё кончилось:ни звонков,ни неожиданных ночных приходов в их дом. В ЕГО комнате,которую она так любовно прибирала и украшала живёт Владимир Ильич. Но это раньше - летом,а тогда в ноябре она закрывала лицо от оплеух тоненькой книжечкой в красном переплёте:томик Брет Гарта - "Библиотека современного романа". "Пионер Запада" на немецком, издательство Энгельборна. Это были чудные книжки с изящнейшим готическим шрифтом. Их покупал для неё на Литейном Фёдор.

Мать била вроде бы за то,что запропастилась куда-то на целый день,будто не она отдала её четырёхлетнюю полузнакомым людям почти на год,будто не бросала их одних и в пятнадцатом ,и в шестнадцатом. Но ей тогда было всё равно и даже не стыдно перед прислугой Паней.

Вот и первая станция. Аккуратное солидное здание вокзала.На фронтоне портрет Массарика в неизменных пенсне и конфедератке.Маленькая девочка в клетчатом платьице с фартучком,с плетёной корзинкой в тонкой ручке - ну точь в точь Красная Шапочка,машет кому-то,кондуктор подсаживает её на ступеньку.