Мы отправились на железнодорожный вокзал, там у нас была назначена встреча с однополчанином Николаева, председателем Совета ветеранов 96-й бригады Александром Алексеевичем Бы-чиком.

Александр Алексеевич уже ждал нас, поглядывая на часы.

Непорядок, Иваи, — сказал он. — Вы опоздали на пятнадцать минут. Стареешь.

Виноват, Саша, — улыбнулся Николаев. — Сколько мы с тобой не виделись?

Три года.

Ну вот, а ты сразу ворчишь.

И опять ты не прав, Ваня. Вы же не на прогулку с товарищем приехали, дело серьезное. Тут нужна точность. Я хоть ворчу, а попробуй ты опоздай на встречу с Аглицким!

Ну да, вы же старые штабисты… Кстати, ты обратил внимание на схему, которую нарисовал Аглицкий? Я тебе ее высылал. Схему перехода Сашн и Марии в тыл?

Она меня поразила. Все до мелочей запомнил. Там только одна неточность — он поменял местами железную дорогу и шоссейку, а в остальном все идеально. Вот что такое штабист. Так что у нас на сегодня?

— Едем в Бекетовку.

Бекетовка. Улица Казака, дом пять. Мы пришли к сестрам Марии Алексеевне Персидской и Прасковье Алексеевне Пинской. Их адрес узнал в адресном бюро Александр Алексеевич.

Дверь нам открыла пожилая, совершенно седая женщина.

— Здравствуйте, Прасковья Алексеевна, — поздоровался Иван Николаевич.

Здравствуйте, только я Мария Алексеевна. А вы кто?

Я — участник Сталинградской битвы, Николаев Иван Николаевич. Этот товарищ — мой фронтовой друг, а это — сотрудник журнала «Костер». Мы к вам по очень важному делу.

Мария Алексеевна пригласила нас в комнату.

Скажите, Мария Алексеевна, а сестра ваша жива? — спросил я.

Прасковья-то? Сейчас я ее позову. С соседским ребенком нянчится.