Не дождался.

Мой лучший дружок сделал вид, что не заметил записки. Зато он успел решить все свои задания…

После этого у меня резко пропало желание общаться с ним. Даже не потому, что он отказал мне в помощи в самый критический момент. Нет, не поэтому. Меня наповал сразила Кирюхина реакция, когда он заявил мне, что не обязан решать чужие задачи…

Я получил за тот экзамен хилую четверку. Кирилл — твердый пятак. Учителя, крайне раздосадованные моим слабеньким ответом, остались очень довольны ЕГО работой.

На вручении аттестатов Кириллу досталась золотая медаль, к которой он так старательно греб все два года нашей «дружбы».

Мне — обычный синий табель.

Плевать на него.

Я наконец осознал, что это такое — незрячее сердце…

Прости меня, Сережка, я и правда был тупым чурбаном. Жаль, что ты так и не смог мне этого объяснить, когда мы могли видеть друг друга каждый день.

Тогда бы я точно не потерял твой новый адрес.

— Ань, как ты думаешь, можно найти человека, которого не видел почти 10 лет?

Мы доедали окрошку у меня на кухне, было воскресенье, солнечное и звонкое от птичьего щебета. Легкий ветер колыхал занавески, донося с улицы запах полыни и свежевыстиранного белья. Ежик дурачилась и кидала в меня хлебными шариками. У нее было отличное настроение. И вопрос явно попал не в струю…

Она резко стала серьезной и, глядя мне в глаза из под отросшей челки, спросила напрямик:

— Что, решил найти первую любовь?

Я так и застыл с ложкой у рта. Как это женский ум все так странно интерпретирует?

— Да, брось. Какая любовь. Я ее уже и не помню!

Слукавил, конечно. Ту девушку забыть трудно.

Ежик склонила голову набок, почесала переносицу сгибом пальца и заявила: