ДОМИНО. Когда я перейду от слов к делу.

КРЕМОН. К делу?!

ЛОРЕТТ. Мы теряем время. К делу — это значит, когда Домино будет пытаться меня поцеловать.

ДОМИНО. Вот именно.

КРИСТИН. Ах, как интересно!

КРЕМОН. Значит я войду, когда увижу, что он пытается тебя поцеловать?

КРИСТИН. Да, да! Тебе же только что все объяснили.

КРЕМОН. Значит только когда начнет пытаться?

КРИСТИН. Конечно!

КРЕМОН. Не беспокойтесь! Я войду вовремя. Поцелуи не пройдут!

ЛОРЕТТ. Это у тебя не пройдут. Но ты же не Жак. Жак способен наблюдать и дольше. Правда, Домино?

ДОМИНО. Все возможно… Но я подумал, что в этот спектакль нужно внести изменения. Кристин, тебе придется принять участие.

КРИСТИН. С удовольствием! Но с каких пор мы перешли на «ты»?

ДОМИНО. С детства, дорогая, с детства. Итак, Кремон и Кристин играют в карты рядом в холле. И так увлечены игрой, что не замечают появления мсье Эллера.

КРИСТИН. Понятно.

ДОМИНО. Это еще не все. Как только твой муж, Лоретт, откроет дверь холла и сделает первый шаг — Кристин должна будет крикнуть Кремону: «не жульничай!»

КРЕМОН. Я никогда не жульничаю и поэтому всегда проигрываю. Жак не поверит.

ЛОРЕТТ. Кремон прав.

ДОМИНО. Хорошо. Он крикнет: «Кристин, не жульничай!»

КРЕМОН. Это уже похоже на правду.

КРИСТИН. Нахал!

ДОМИНО. Все споры — потом. Сейчас надо работать! Продолжаю. После «не жульничай» — а именно это будет для нас сигналом — вы замолкаете. И начинаете прислушиваться к монологу о любви. Волей-неволей что-то Эллер тоже услышит. Кристин и Кремон делают вид, что остолбенели, но подкрадываются к двери. Естественно, Жак тоже.