Цыбин вынул из кармана деньги, трясущимися руками пересчитал их и сунул хозяйке, крепко упираясь в нее глазами. Она стояла, не двигаясь. Если не возьмет, значит...
- Бери! - хрипло сказал Цыбин.
Хозяйка медленно поднимала синие глаза. Глубоко посмотрела в Цыбина, может быть, - увидела все, взяла деньги. Цыбин глядел, раскрыв рот, будто все еще не верил. Вдруг схватил норвежку, потянул ее к себе, притиснул и стал целовать ее щеки, губы, волосы.
- Ты... ела! Ела - моя! - кричал он. - Моя ела! Моя!
Потом опять все пили в кубрике, и пил Цыбин. Ему казалось - он все понимает, что говорит по-норвежски хозяйка. Клаус сказал:
- Она тебе говорит, что теперь ела твоя, а за елу она возьмет тебя.
Норвежка засмеялась и тронула рукой щеку Цыбина. Рука была холодная, как у мертвой. Цыбин отодвинулся, встал. Клаус тоже поднялся.
- Пойдем, пора стащить груз с бота, - сказал он. - Потом надо скоро домой.
Втроем - Клаус, Фомич и Цыбин - пошли к боту. Цыбин обернулся еще раз на свою елу и смотрел, упиваясь, жадно глотая ее глазами. На самом носу стояла хозяйка, под белой кофтой у нее торчали широко расставленные, острые груди, она кричала что-то вслед Цыбину. За нею, сзади, было совсем ясное, легкое небо, и только внизу, на уровне ее ног, как дымок от очень далекого еще парохода - чуть приметная полоса.
- Н-да... Оно! - сказал Фомич - неизвестно о чем.
К шести часам уже все было погружено, Клаусов бот подошел и стал рядом с елой, чтобы взять ее на буксир. Хозяйка с узелочком ушла с елы на берег. Цыбин - потный, счастливый, влез в кубрик бота и взял в охапку свою морскую одежду.
- Куда ты? - спросил Фомич. - Одевался бы тут скорее.
- Нет уж, я лучше... у себя на еле... - сказал Цыбин и сам услышал, как он это сказал: "у себя".
В кубрике на еле Цыбин быстро натянул желтые проолифленные буксы тройные на заду и на коленях, влез в шуршащий желтый кожан. Потом вышел наверх, запер дверь, еще раз обежал свою елу. Все было готово к походу, трюм закрыт, прочно принайтовлены якоря. На кромке Цыбин заметил: чуть-чуть согнуто железное погудало от руля - должно быть, елу однажды хватило штормом.