– Очень приятно, – дежурно-вежливо ответил Зыгмантович. – Я – Игорь. Передам вам дела. Приступим?

Новый проводник кивнул.

– Могу я поинтересоваться вашим опытом? Это избавит нас от пустой траты времени.

– Скалолазанием как спортом не увлекался.

Навыки приобрел, пока работал каскадером.

– И на какой максимальной высоте случалось вам работать?

Сергей сощурился, перебирая в памяти эпизоды.

– На скальном склоне метров сто максимум.

Зыгмантович скептически покачал головой.

– И с вами уже подписали трудовой договор?

– Моя подпись стоит. Начальство тоже вроде собиралось завизировать.

– Странно, что выбрали именно вас. Не обижайтесь, но ваш послужной список блестящим не назовешь.

– Были еще стены, труба ТЭЦ.

– А труба зачем?

– Герой фильма преследовал террориста. Актеры, как правило, натуры тонкие, сами никуда не лезут.

– Я тоже лазил по трубам. И по трубе ТЭЦ. Сыпаться начала по краю, заделывать пришлось.

– Значит, давно уже коллеги.

– Я не ставлю под сомнение ваши навыки и физическую кондицию. Просто мы здесь начинаем с отметки в триста тридцать семь метров.

– Уже знаю.

– Знать – одно. Чувствовать – другое.

– Когда я прыгал с парашютом, коленки вроде не дрожали, – скромно заметил новоприбывший.

– Одевайтесь, вон ваша экипировка.

Игорь и сам надел кожаную сбрую. Комплект ремней и страховочных поясов охватывал грудь, бедра и поясницу.

– Пройдем по маршруту дважды. Сперва я страхую, вы – в роли ведущего. Второй раз – наоборот. Если останетесь здесь работать, вам предстоит все время работать снизу, подстраховывать.

Выйдя из помещения, Зыгмантович направился к лифту, нажал на кнопку вызова.

– Разве лифт работает? Внизу мне сказали, что они все еще на ремонте. Я, правда, удивился, что за три года после пожара не навели порядок.