АНТОНИНА. Ага, понятно, зачем это... Что, презент?

ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА. А читать-то хоть умеете?

АНТОНИНА. Я самоучкой весь алфавит выучила. Как-нибудь с горем пополам разберусь!

ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА. Читайте! Текст несложный! Как для дураков!

АНТОНИНА. Вы, что ли, меня, что ли, считаете дурочкой?

( Падает на ковер и плачет.) Всю жизнь так, епсель-мопсель! Какая непруха! Ну почему я такая? Мне ведь много не надо! Всего лишь маленький кусочек счастья!

ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА. ( Садится рядом и гладит АНТОНИНУ по голове.) Ну не плачь! Всякое бывает! Бывает, что песцовую шубу оденешь, а бывает, ходишь без трусов...

Звенит звонок. АНТОНИНА испуганно отдергивает голову и на пол падает парик. У нее короткая мужская стрижка.

АНТОНИНА. ( надевая парик ) Это не заразное! Не бойтесь, не заразное!

ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА открывает дверь. Входит КОСТЫРЕВ в костюме за 150 долларов с двумя телохранителями.

КОСТЫРЕВ. Привет, Беллочка!

ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА. Зачем? Что тебе?

КОСТЫРЕВ. Соскучился вот. Навестить заехал.

ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА. С чего это?

КОСТЫРЕВ. Может, приглосишь войти?

ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА. Там ребенок!

КОСТЫРЕВ. Так мой же, мой!

ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА. Его отец уехал.

КОСТЫРЕВ. Ну хорошо, пусть уехал. ( Снимает ликированные ботинки и поправляет на черной рубашке цветастый галстук. Видит АНТОНИНУ.) А это что еще за чучело?

АНТОНИНА. Антонина я, Крюкова!

КОСТЫРЕВ. Богатенькими стали, буратинчики, шестерок нанимаете... А это что? Соседи затопили? Это еще что! Может быть и хуже!

ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА. Ну говори, что надо!

КОСТЫРЕВ. Ты что икру мечешь? Не прыгай, Беллочка, в колесе!

Ходит из угла в угол, сложив руки за спиной.

КОСТЫРЕВ. А я ведь до сих пор питаю к тебе чуйства. Не будь этих чуйств, я бы не приехал. Приехали бы другие! Ты же лучше меня знаешь: суровые законы жизни, условия рынка, женщины в коммерции и все такое прочее...