-- Какое?

-- Тот парень, что послужил прототипом... он бреет голову наголо...

Сопротивление

Как не хотелось утром рано вставать!.. Ужас! Одеваться, завтракать, идти на работу... Умывание не стоило даже упоминать - такое это было кощунственное действо, как оно казалось теплому и сонному Хмыку Крякичу.

И всё же он встал. Умывание приятно взбодрило, Хмык Крякич нарезал колбасы, приготовил бутерброды, заварил кофе, открыл любимую книжку и углубился в чтение, сопровождаемое аппетитным чавканьем. Где-то к глубине мозга мелькнула мысль, что всё же замечательно, что он встал достаточно рано, чтобы немного почитать.

Как не хотелось закрывать книгу!... В борьбе с необходимостью Хмык Крякич одержал некоторую победу: читал до тех пор, пока ещё можно было надеяться не опоздать на работу, после чего резко захлопнул книгу, побросал посуду в раковину и стремглав помчался на улицу. Выходить на улицу не хотелось. Тем не менее, свежий морозный воздух слегка взбодрил Хмыка Крякича, так что под конец прогулки он уже начал получать от неё удовольствие. К сожалению, путь на работу занял не более четверти часа, так что волей-неволей Хмык Крякич вошел в здание и приступил в работе.

Хмык Крякич любил свою работу, поэтому настроение его постепенно улучшилось, и как раз, когда подъем его творческих сил достиг апогея, он с ужасом выяснил, что пропустил обеденное время. Перспектива остаться без обеда его не устраивала, так что он с неохотой прервал свою деятельность и помчался на обед.

Обедать было приятно, любимая книга вновь захватила его, так что оторваться от неё и отправиться вновь на работу было достаточно мучительно. Хмык Крякич преодолел и это нежелание и вновь отправился на работу.

Когда вахтер стал нетерпеливо стучать в кабинет Хмыка Крякича, он очень удивился. Однако, осознав, что уже десятый час вечера, нехотя засобирался домой.

Дома ужин затянулся по той же причине: книга оставалась интересной на протяжении двадцати страниц, и прервать чтение не было никакой возможности.