Люди по-другому одевались, по-другому разговаривали. Похоже, что здесь каждый четко знал отведенное ему в Яшиной иерархии место, гордился этим местом, постоянно - и своим поведением, и своими делами - подчеркивал, что он его достоин, что он на нем незаменим. Даже охранник у входа был не обычным квадратноголовым качком, а дальним родственником Джеймса Бонда. Только осознание важности выполняемой им миссии удерживало его от возвращения на работу в ЦРУ. Многочисленные большие и малые достоинства Яшиного офиса - супернадежные системы охраны, голландские гобелены, компьютеры, факсы и др. - казалось, были созданы только для того, чтобы подчеркнуть величие их обладателя. По крайней мере, мне, человеку мало сведущему в делах бизнеса, показалось, что дело обстоит именно так.

- Ну, Яша, ты и разжился, - непроизвольно вырвалось у меня, как только я переступил порог его кабинета.

- Рад тебя видеть, - ответил Яша, поднимаясь навстречу из-за большого письменного стола.

Мы пожали друг другу руки и прошли в соседнюю, смежную с его кабинетом, комнату. Охранника он жестом остановил перед дверью.

Комната оказалась довольно уютной. Мягкие пастельные тона обоев, слегка приглушенное освещение... Сидя в удобных кожаных креслах за невысоким журнальным столиком и потягивая из наполненных льдом фужеров шотландское виски, мы минут пять предавались ностальгическим воспоминаниям о былых временах, когда у Яши еще было время встречаться с такими людьми, как я. Потом довольно долго он рассказывал мне предысторию своего обращения к делам монастырским.

Со слов Яши выходило так, что отчасти благодаря моему влиянию, отчасти - своему поэтическому сердцу и аналитическому дару ума, он довольно давно стал задумываться над вечными вопросами бытия. Некоторые сомнения в правильности марксистско-ленинской философии возникали у него еще до перехода на работу в райком партии. Более того, внутренне Яша, оказывается, всегда чувствовал, что где-то там, на небесах, есть Бог.