Я открыто и жизнерадостно заявляю вслух, что хочу приобрести билеты в кино и если все на дискотеку, то уж, извините, придется всех опередить. Время без двух минут двадцать два часа вечера, вот-вот сеанс начнется.

Ни звука в ответ. Все стоят и только зло на меня смотрят. Я аккуратно так всех обошел, молчание ведь знак согласия, добрался к входной двери; обстучался, пока открыли. Попытался сунуть "визитку", не берут; на документы мои загармоничные тоже не смотрят, хоть к внутренней очереди - в кассу - пропустили.

Я опять с тем же вопросом к очереди. Молчат. Стоят и даже на меня не смотрят. Кое-как пробрался почти до кассы. Осталось человек пять до заветного окошка, но там такая теснота, не продвинуться. На вопросы мои и просьбы - ноль внимания. Ноль эмоций.

Наконец один сжалился. Самый пятый. Ну, вот купили себе билеты трое-четверо. А на табло, где информация о билетах, мол, в кино пока есть, хотя времени уже 22.10, а кино-то ведь в 22 началось ровно, но журнал можно ведь и пропустить, вдруг все цифры замигали, задергались, а окошко прямо передо мной захлопнулось и ни на какой стук уже не открылось.

Я - к охране, а те одно: ждите, откроется, все объяснят. Ждал ещё минут пятнадцать. Так ничего и не дождался и ушел несолоно хлебавши.

Не знал даже, что девушке сказать, как объяснить.

4

"Яппи" и большеголовый молчали, явно взволнованные безыскусным рассказом. Все-таки правда жизни весьма фантастична и так и твердит она писателю: запомни и запиши. Как можно точнее.

Что ж, живи, записывай, знай, голубчик, да огребай гонорары немереные.

Прошла минута-другая. В полном молчании. Как говорится, в подобный момент милиционер родился. И возможно даже не один.