- Нам нужны джинсы, - сказал я.

- _Джиндзы_, - сказал Буби.

- Какой размер?

Мы с Буби принялись препираться, ибо ни он, ни я не знали его размера в дюймах. Приказчик вынул из ящика рулетку и вручил мне.

- Обмерьте его сами, - сказал он.

Я обмерил Буби и назвал приказчику размер. Приказчик швырнул на прилавок джинсы, но совсем не такие, какие имел в виду Буби. Отчаянно жестикулируя, он стал пространно объяснять, что ему хотелось бы джинсы помягче и посветлее. Тут из глубины лавки донесся голос хозяина - слова его гулко пролетели по каньону, образованному коробками с рабочими сапогами и клетчатыми рубашками:

- Скажи им, что ничего другого у нас нет. Там у них вообще в козьих шкурах ходят.

Буби все понял. Нос у него словно еще больше вытянулся - как всегда в минуты волнения. Он вздохнул. А мне прежде и в голову не приходило, что в Америке сиятельный вельможа мог пострадать за то, что он иностранец. В Италии мне доводилось сталкиваться с антиамериканскими настроениями, но они ни разу не проявлялись так грубо, к тому же я не принц. А в Америке на принца Парлапьяно смотрели всего лишь как на итальяшку.

- Большое спасибо, - сказал я и направился к двери.

- Откуда вы, мистер? - спросил меня приказчик.

- Я живу на Чилмарк-лейн, - сказал я.

- Я не про то, - сказал он. - Я интересуюсь, откуда вы из Италии.

Мы вышли из лавки и нашли джинсы, какие хотелось Буби, в другом месте, но я понял, что его как иностранца ждут в нашей стране всякие неожиданности. В отеле "Плаза" к нему могут отнестись как к принцу Парлапьяно, а в забегаловке "Чок Фулл О'Натс" никто даже не подойдет, чтобы помочь ему разобраться в меню.