Представьте же себе изумление Гардета, когда я сообщил ему, что он имел дело с мошенником, а настоящий де Хотерош сегодня приехал со мной из Нового Орлеана!

Он вскочил со стула.

— Да вы шутите! — воскликнул он.

— Увы, нет! Посмотрите в окно, вот он. Гардет подошел к окну.

— Да, это он с сестрой. Я их обоих знаю, знал их отца. Неужели же здесь и впрямь мошенничество?

— Мои друзья подтвердят вам это.

— Мне и не надо подтверждений. Теперь все ясно: этот чек, посещение виллы Дардонвиллей, отсутствие гостей на вилле… Боже мой, госпожа Дардонвилль погибла!

— Еще рано отчаиваться. Может быть, нам удастся разрушить планы наглеца…

— По-моему, это невозможно. Что вы думаете предпринять?

— Ехать за ним, разумеется.

— Легко сказать — ехать! Пароход ушел вчера, и второй пойдет не раньше как через неделю.

— Точно?

— Вот расписание, — вздохнул Гардет, указывая на таблицу.

У меня не хватило терпения рассматривать ее, и я поверил банкиру на слово.

Я был в совершенном отчаянии. Как?! Ждать неделю?! Да ведь это значило отказаться от всякой надежды вовремя догнать их!

К счастью, я вспомнил, что до Цинциннати можно доехать верхом, и тотчас же сообщил об этом банкиру, который одобрил мой план.

Нам предстоял длинный путь — более трехсот миль по очень плохой дороге; но колебаться было невозможно: обстоятельства требовали решительных действий.

Обсудив дело, мы решили поступить следующим образом. Оставив Адель на попечение банкира, я и Луи должны сейчас же отправиться верхом в Цинциннати. К счастью, у меня было достаточно денег с собой, да и банкир предложил взять у него взаймы. Пригласив Луи с сестрой наверх, мы поведали им обо всем. Бедный Луи пришел почти в отчаяние, услыхав, в чем дело.